сегодня 4 сентября, суббота. Но и это пройдет... Впрочем, я лгу.

Disclaimer · Новости · Отзывы · Ссылки ·
Контакты · Добровольные пожертвования

Мой дневник

Поставьте к себе на сайт баннер:

Код:
<a href="http://alokis.ru" title="Алеша Локис. Запретные влечения"><img src="http://alokis.com/Images/banner88x31a.gif" alt="Алеша Локис. Запретные влечения"></a>
еще варианты:

Мои друзья:

INFOBOX - хостинг php, mysql + бесплатный домен!

Митя и Даша

Этот рассказ — мой первый литературный опыт. Сейчас, по прошествии многих лет со дня его появления, я вижу литературные огрехи, свойственные начинающему писателю. Однако, редактировать этот текст мне не хочется. Пусть остается таким, каким был тогда я — немножко наивным, немножко заносчивым… В конце концов, нам же не стыдно, что когда-то мы были детьми.

1

Алексею Никитину,
моему радужному другу

Суббота. Одно это слово звучит для меня как обещание праздника. Как предчувствие неожиданного приключения, которое подарит новые ощущения. Что это будет?

Детский восторг, который охватывает тебя, когда сверху обрушивается тяжелый, но ласковый водопад аквапарка, сияющий разноцветными брызгами? Тихая грусть шуршащей осенней листвы в старинной графской усадьбе, и вдруг, откуда ни возьмись, маленькая быстрая белочка, подстерегавшая тебя, чтобы подбежать совсем близко и, подняв передние лапки, доверчиво заглянуть в глаза: нет ли какого-то угощения? Истинный странник всегда найдет дозу своего индивидуального наркотика. Причем, где угодно, даже в вагоне пригородной электрички.

Мне сегодня предстоит небольшое путешествие вдоль побережья Финского залива. Да вы, наверно, слышали: Солнечное, Репино, Комарово… Ну, как же? «На недельку до второго я уеду в Комарово»! Да, это названия известные и места дорогие, артистические. Курортное направление – этим все сказано. Народ здесь, по большей части, праздный. Это не та когорта огородников-любителей, которая штурмует поезда с лопатами и мотыгами наперевес, – тут все иначе…

Я захожу в вагон одним из первых и выбираю местечко у окна, недалеко от входа – удобный наблюдательный пункт: мне хорошо видна платформа и раздвижные двери, откуда появляются новые пассажиры. Люблю чувствовать себя шпионом (или шультесом?) среди обычных граждан: вглядываться в их лица, угадывать их профессии, подслушивать их мысли – произнесенные одними губами или оставленные при себе.

Вот компания – два молодых человека с девушками. Наверняка, это их первая совместная прогулка – говорят слишком много и слишком торопливо, как будто боятся пауз, – видимо, познакомились только вчера на дискотеке, а сегодня развивают успех, едут позагорать. Эти, скорее всего, в Солнечное… Следом за ними – пожилая супружеская пара, настоящие аристократы, типичные обитатели творческих дач; причем из тех, что не любят автомобили, – для них поездка на электричке – это путешествие в молодость…

Вагон постепенно заполняется. В моем купе уютно располагается средних размеров дачная экспедиция. Трехместный семейный экипаж: мама с двумя прелестными детишками – девочкой и мальчиком. Маме лет тридцать пять, не больше. Молодая ухоженная самка в самом соку. Она садится с краю, у прохода. Напротив меня устраивается ее сынишка лет шести, серьезный мальчуган с огромными голубыми глазами. Между ними, как и положено по ранжиру, размещается дочь. Ей примерно лет десять-одиннадцать – будущая похитительница мужских сердец. Похоже, мне сегодня придется нелегко…

Знакомый казенный монолог из потрескивающего динамика: «…ажаемые пассажиры! Наш поезд проследует до станции… со всеми остановками… в вагоне соблюдать чистоту и порядок…» – я не слушаю. Я наблюдаю за своими попутчиками. В первую очередь, за своей маленькой попутчицей. Поезд, надрывно завывая, набирает ход, а я неотрывно слежу за ней.

Она относится к типу девочек, которые уже в этом возрасте обладают странной притягательностью. Как будто природа слегка приоткрывает завесу над будущим – сдвигает невзначай крайнюю карту из своей колоды, и та оказывается козырной. Как бы нечаянно: вот, полюбуйтесь… Ведь физиологически эта девочка – еще ребенок. Никаких намеков на припухлости в области грудной клетки. Или там, в тазовой области. Нет, ничего такого. Это еще просто девчонка – с царапинами на худеньких коленках, с непременными черными каемочками под неровными ногтями. Все атрибуты детскости еще при ней. Но что-то неуловимо волнующее присутствует под тоненькими скобками бровей, что-то восхитительно бесстыжее улавливается в рисунке смело очерченного рта. Да, именно губы девочки выдают некий замысел природы, ее приманку, цель: никого не оставить равнодушным! Или все-таки это игра сочетаний? На решение этой задачки у меня сегодня будет около часа…

Мальчишечка, ее младший братик, тоже симпатяга: быстрые умные глаза, выразительный рот, худые мускулистые бедра. Он сидит, конечно, у окошка и, не переставая, атакует сестренку какими-то вопросами, возникающими по мере чередования кадров за окном поезда.

Мне приходит в голову, что вагон можно рассматривать как длинную узкую коробку, боковые стенки которой сделаны из развернутой фотопленки. Ну да, окна вагона – это просто экспонируемые слайды. И если глаз улавливает смазанность пролетающих мимо деревьев, заборов и крыш, значит надо уменьшать выдержку экспозиции…

Девочка излучает мощные лазерные импульсы из-под длинных темных ресниц. Или томных? Она уже, конечно, догадывается, что это ее главное секретное оружие. Сейчас идут испытания. Отработка синхронности, настройка точности, отладка длительности. Стреляя глазами, она успевает что-то подробно рассказывать брату, склоняя аккуратную головку к его любопытному оттопыренному уху. Понятно: она дает пояснения к картинкам, снабжает слайды необходимыми титрами.

Мама не участвует в этом процессе. Она лениво листает одноразовый бульварный журнал среднего пошиба – типичное дорожное чтиво, пособие для целенаправленного убивания времени. Вот она добирается до кроссворда. Это то, что ей нужно: дама обожает самоутверждаться, заполняя неуклюжую сетку, состоящую из огромного числа пустопорожних квадратиков. Ее хобби – угадывать чужие мысли, облеченные в замысловатые скользкие формулировки.

– Даша, дай ручку!

Дочь роется в маленькой розовой сумочке, висящей на очень длинном и очень узком ремешке, и с независимым видом протягивает маме синий «Сенатор». Пуск! На повороте головы ресницы звонко хлопают, и смертоносный пучок энергии направляется из-под них в мою сторону. Он попадает точно в ямочку под кадыком – место, где в критической ситуации больному делают трахеотомию, – и прожигает мое горло насквозь. Я пытаюсь сделать глотательное движение – безуспешно. Откуда им в этом возрасте известны болевые точки на теле мужчины? Объясните мне!

Эта девочка всего лишь окончила начальную школу. Сомневаюсь, что она сможет без ошибок написать слово «испепеляющий» или даже «поражающий», – эпитеты, которые по праву принадлежат ее встроенному биологическому ресурсу, имеющему огромную убойную силу. В моем случае это оружие действует неотразимо.

Я не без усилия отрываю от нее взгляд и перевожу его на мать. Рядом со своими детьми женщина являет собою просто жалкое зрелище. Отработанный материал. Отвалившаяся ступень ракеты. Потертый футляр от драгоценного украшения. Да, именно: выброшенная на свалку использованная упаковка, которая в свое время, наверно, была великолепна, – когда-то, на витрине магазина...

Не поймите, пожалуйста, превратно: даже лицо старушки может выглядеть для меня привлекательно – если оно адекватно заявленным претензиям. Если это честное лицо! Если возраст – это не то, что человек стремится скрыть с помощью косметических спецсредств. Если меня не хотят обмануть, привлечь чем-то, чего нет в принципе.

Тут же всё наоборот: ее теряющее форму тело, уже изрядно подернутое слоем обывательского жирка, туго затянутое в шелковистую тряпку... Пустые самоуверенные глаза, безвкусно оттененные лиловой краской, – как будто отсутствие смысла можно компенсировать богатством декора... И эти ее губы! Она ведь абсолютно уверена, что ее ярко напомаженные губы выглядят очень привлекательно! Она хочет привлекать своими губами! Убеждена, что все окружающие самцы обязаны реагировать на нее – физиологически!

Вот уж нет! Меня и под страхом смерти не заставить поцеловать это чудовище в рот! Бр-р-р… Нет! Я не смог бы сделать этого по доброй воле. Женщина приподнимает свой журнал, и я замечаю на кармане ее джинсов нелепое украшение, вышитое стразами: червонное сердце и рядом английское слово YES. Конечно – YES! Кто бы сомневался… Постыдилась бы, дура безмозглая! С детьми все-таки…

А девочку? Поцеловать девочку?.. Я перевожу взгляд обратно на дочь. «Даша»… А даст ли Даша? Игра слов. Корень «даш»? Или «да»? Они уже проходили это? Приставка – корень – суффикс – окончание… Конечно. Это программа начальной школы. Второй класс, кажется. Или третий?… Какая чудесная кожа. Слегка загорелое нежное лицо. Ничего лишнего. Только необходимое. Всё дышит, всё светится. Всё пульсирует. А какая ладонь! Не ладонь, конечно… Ладошка… Лапка…

Отдам всё за возможность прикоснуться к ней губами! Готов умереть по прибытии в пункт назначения…

Даша вдруг выдергивает загорелые ножки из своих сандалий и ставит их на край сиденья. Ребенок с самым серьезным видом натягивает подол платьица на колени, чтобы соблюсти правила приличия, – она ведь уже большая девочка! Практически никому, кроме меня, не видна эта душераздирающая картина с Дашиными шлифованными бедрами, исчезающими в трогательных трусиках телесного цвета, глубоко врезающихся в маленькую промежность. Я прикрываю глаза. Это выше моих сил. Хочу ли я поцеловать девочку? За этот поцелуй я готов отдать жизнь уже на ближайшей станции. Пусть меня потом переедут колеса поезда. Пусть перережут мое тело острыми стальными краями. Зачем мне жить без нее?

Я открываю глаза. Но я не могу разрешить себе смотреть туда. Я пробую смотреть на мальчика. Он не похож на сестру. Да, у него мамин разрез глаз. И нос тоже мамин. А Даша, видимо, похожа на папу… Нет, я не должен смотреть туда. Мне нельзя! Но не смотреть я тоже не могу! Трусики так плотно облепляют ее тело, что ими практически можно пренебречь...

Нет! Эти борцы с детской порнографией все-таки правы! Следует вообще запретить детям обнажаться! Куда смотрит общественность? Где модератор, в конце концов? Детей надо одевать в бесформенные брезентовые комбинезоны с номерами на спине. Причем, всех в одинаковые! И пусть они тогда хоть с утра до вечера поджимают под себя свои ножки…

Я заставляю себя снова перевести взгляд на братика. А вот его мог бы я поцеловать? Не формально, а как Дашу – в губы – глубоко, долго, вкусно? Хороший вопрос… Смотрю на мальчика. Проникаю в него. Не знаю… Это был бы фантастический эксперимент! У меня нет такого опыта. Но этого мальчика я бы, возможно, поцеловал. Узнал бы его вкус. Не знаю…

Замечаю легкое, едва заметное шевеление внизу. Ползу туда взглядом. Даша плавно перебирает пальчиками ног – завораживающее зрелище! Некое таинственное упражнение. Волнообразное движение всей ступни, создаваемое синхронным смещением каждого пальчика. Какие длинные фаланги! На мгновение она широко растопыривает их, и тогда ступня становится похожей на ладошку обезьянки. Легко могу представить, как девочка цепляется за ветку дерева этой своей задней лапкой. Или берет ею банан и непринужденно подносит ко рту… Дай и мне кусить, маленькая…

Дашин рот – это загадка природы. Произведение искусства. Восьмое чудо света. Это еще не женский рот, это рот ребенка: может принадлежать как девочке, так и мальчику. Это просто нежный хищный рот. Всепоглощающий рот… Подозреваю, это рот ее отца. Ну не матери же! Я начинаю тихо влюбляться в того, чьи характерные черты присутствуют в лице девочки, влюбляться в черты его детскости. Таким он был в ее возрасте. Лет тридцать назад. Возможно даже, мы с ним ровесники. Могли играть вместе где-нибудь в унылых закоулках социализма. И вот глаза, рот, нос того мальчишки проросли в дочери. Проросли во времени – в новый век.

Но – как? Как это возможно? Капелька мутной жидкости? Генетика ничего мне не объясняет. Бросьте! Без божественного здесь не обошлось. Здесь присутствует его любовь. Его энергия. И его любовь, его энергия заставляют меня мучиться сейчас. Магнетически притягивают мой восхищенный взгляд. Какой в этом смысл? Ну, должен же быть смысл! Некий конструктив! Невозможно, чтобы мудрая природа просто игралась зарядами такой силы! Как дитя с электрической розеткой. Нет. Это чем-то обусловлено…

Я хочу. Ну, отдадим себе отчет: я хочу ее. Я хочу иметь ее всю. Не надо ухмыляться – иметь во всех смыслах, а не только в одном. Я люблю ее беззаветно. И ничего кроме мне не нужно. Кроме этого существа женского пола с чертами ее отца. Зачем? Спросите что-нибудь полегче. Чтобы быть с ней... Не поиметь, слышите? А быть!

О-о-о! Могу себе представить, как вцепится мне в морду ее мамаша! Вопьется своими бордовыми ногтями и начнет рвать мое мясо, защищая свое дитя! Истерически визжа этим противным бабьиим голосом, голосом младшего командира: «Мррась…пидафильная!!!…» Она отрывается от кроссворда:

– Даша! Сядь нормально!

Ну вот, пожалуйста. Именно это я и имел в виду… Ей бы только построить! Сержант при исполнении. В подразделении должен быть порядок. Койки – заправлены единообразно. Подушки – на одной линии с тумбочками! Ровнять по нитке!

– Ну мам-м… Мне так удо-о-бно! – девочка хмурит черненькие бровки.

Я готов аплодировать. Ребенок с достоинством заявляет о своих законных правах. Так держать, Даша! Это только начало, моя милая! В ближайшие пять-шесть лет тебе придется неустанно бороться. Защищать свою независимость! Отвоевывать ее миллиметр за миллиметром.

Мать в сложном положении. Политическая акция «Дети за свои сексуальные свободы» происходит в общественном месте. Правительство не хочет идти на скандал, ведь это несомненный удар по престижу. В купе повисает напряженная пауза. Если бы они знали, что решают сейчас вопрос, имеющий для меня принципиальное значение...

– Я же не в сандалях! – дожимает свою позицию девочка. Вот умница!

У Даши довольно низкий голос. Голос ребенка, но бархатисто-глубокий. Колоратурное сопрано? Я не должен выдавать своей заинтересованности в принятии решения. Будет идеально, если мне удастся на это время аннигилировать. Исчезнуть физически. Я прикрываю веки. Будь, что будет.

Disclaimer · Новости · Отзывы · Ссылки · Контакты · Добровольные пожертвования
Митя и Даша · Последняя жизнь · Чепухокку · Электрошок · Пазлы · Процедурная · Божья коровка · Лолка · Доля ангела · Эффект бабочки · Эбена маты · Андрей Тертый. Рождество · Хаус оф дед · Поцелуй Родена · Белые крысы · Маслята · Смайлики · Три смерти

В оформлении использованы работы: САЛЛИ МАНН, ТРЕВОРА БРАУНА, ДЖОКА СТАРДЖЕСА, РЮКО АЗУМЫ, СИМЕНА ДЖОХАНА, МИХАЛЬ ЧЕЛБИН и других авторов, имена которых нам не известны, но мы будем признательны, если вы сообщите их в редакцию сайта.

Миниатюры

Рассказы

Повести

Мой дневник

Митя и Даша

1